Прямая речь, 11.05.2016

«Иногда беглость превращается в идеологию». Историк Леонид Кацва — о современных учебниках

Комментариев: 2

На днях стало известно, что департамент образования Москвы рекомендовал руководителям начальных школ при выборе учебников отдавать предпочтение продукции издательства «Просвещение», одним из акционеров которого является Аркадий Ротенберг. Мы спросили историка и автора учебников по истории России Леонида Кацву, c чем может быть связана такая рекомендация и есть ли принципиальное отличие линейки «Просвещения» от других учебников истории

— Такая рекомендация, вообще, очень странна, — если департамент откровенно лоббировал одно издательство, хотя есть два других; но если это происходит, то, скорее всего, это коммерческий сюжет.

Всю вертикаль издательства «Просвещение» я не смотрел. Я смотрел учебники по истории 6-го и 10-го класса. Мне показалось, что они оба написаны довольно казенным языком. Из трех вариантов — я имею в виду издательства «Просвещение», «Дрофа» и «Русское слово» — в 6-м классе этот учебник просто скучнее других, он более казенный, но ничем принципиальным он не отличается. В учебниках для 6-го класса есть ошибки, есть умолчания, есть некорректные оценки. Между этими учебниками для 10-го класса нет особого идеологического различия. Есть вот какой момент: речь идет о заданиях для дополнительной работы — такие, знаете, сочинения. Материал как материал. Но вдруг в одном случае появляется материал для дополнительной работы размером с целый параграф. Чему он посвящен? Контрразведке времен войны. Точнее, разведке и контрразведке, — но только контрразведки там три четверти. И деятельность контрразведки представлена в абсолютно идеализированных тонах. О том, что, в частности, с этими органами связаны репрессии, — ничего не говорится. Единственная фигура, которая названа и характеризуется сугубо положительно, — это Павел Судоплатов: он руководил управлением зафронтовой разведки. Ну, замечательно. Только никакого другого упоминания о Павле Судоплатове в учебнике нет. И, соответственно, возникает ощущение, что это такая героическая фигура, героический разведчик времен Великой Отечественной войны. О его деятельности — по сути дела, террористической, — о которой довольно широко известно, учебник не упоминает. Можно не говорить, но тогда не надо вообще Судоплатова называть.

Моя главная претензия ко всем учебникам нового поколения — это их крайняя беглость. Эта беглость иногда действительно превращается в идеологию. Например, во всех учебниках говорится очень мало о репрессиях. Отрицательные последствия индустриализации, коллективизации не скрываются, но о них говорится мало. Нужно было бы больше говорить о движении инакомыслия в 60-70 годах. Но авторы учебников сильно скованы объемами, и каждое такое пожелание очень легко парируется. Нельзя впихнуть невпихуемое, во-первых. А во-вторых, у каждого из нас — я сам тоже когда-то был автором учебников — есть свои предпочтения.

Задать вопрос


комментарии (2)