Сергей Алексашенко: «Будем готовиться к новому витку девальвации»

13 июля 2015 года

Новый «Маленький эпизод большого экономического пазла» Сергея Алексашенко —
о том, чем нынешний кризис не похож на кризис 2008 года, о том, как Минфин собирается сокращать расходы бюджета, и об обманчивом затишье на валютном рынке.

Объясненное спокойствие

Опубликованная Банком России оценка платежного баланса за второй квартал текущего года позволяет выделить несколько факторов, которые способствовали успокоению ситуации на валютном рынке и стабилизации курса рубля. Во-первых, это очень высокий уровень сальдо счета текущих операций (СТО), достигнутый за счет сокращения импорта товаров и услуг. Столь высокого значения СТО во 2-м квартале не было после 2011 года. Во-вторых, ожидавшееся резкое падение объемов погашения корпоративного внешнего долга (более того, нефинансовый сектор смог даже нарастить свою задолженность). В-третьих, продолжавшиеся продажи наличной валюты населением.

В итоге — более чем комфортная ситуация для денежных властей, которая позволила им перейти к покупке валюты на внутреннем рынке.

График. Сальдо СТО и погашение(+)/наращивание (-) корпоративного внешнего долга в 2012–2015 годах, поквартально, млрд.$

Источник: Банк России

Однако хороший второй квартал вовсе не обещает властям спокойной жизни в третьем, когда должны будут проявиться три фактора, повышающие спрос на валюту:

1) сезонный рост импорта товаров и услуг;

2) вдвое больший (по сравнению со вторым кварталом) объем погашения внешнего долга;

3) высокие дивидендные платежи.

Оптический обман

Продажи новых автомобилей в мае в России упали всего (!) на 29,7% по сравнению с маем прошлого года, что дало основания ряду аналитиков говорить об улучшении ситуации на рынке — мол, в предыдущие месяцы темпы падения были около 40%. На самом деле, как и любой другой индикатор, измеряющий изменение к тому же периоду прошлого года, количество проданных новых автомобилей подвержено серьезному влиянию «фактора базы», то есть того, что было с рынком год назад. Своеобразный оптический обман.

А именно в прошлом мае падение продаж резко ускорилось — если в январе-марте 2014 г. падение составляло 1-2% к тому же месяцу прошлого года, то в апреле темпы выросли до 7,7%, а в мае — до 12,7%. Замечу, кстати, что темпы падения год к году в 2014 г. нарастали вплоть до августа, когда они превысили 25%. Поэтому не стоит удивляться, если в ближайшие два-три месяца мы узнаем, что темпы падения продаж сократились.

На самом деле ситуация выглядит не плохо, а очень плохо — по объемам продаж за первые пять месяцев года российский рынок отброшен на уровень 2010 года, что хорошо видно на графике.

График. Продажи новых автомобилей в России в 2010-2015 гг., накопленным итогом с начала года, штуки

Источник: Ассоциация европейского бизнеса

Но помимо общего падения продаж есть и еще одна плохая новость — судя по оценкам экспертов, в течение всего текущего года нарастает разрыв между данными АЕБ, которые собираются на основе продаж автозаводов, и данными автодилеров, которые базируются на конечных продажах. Это говорит о том, что запасы в торговле нарастают, а эта ситуация не может продолжаться долго — дилеры должны упереться в высокую стоимость кредитов и остановить свои закупки, вслед за чем автозаводы должны сократить свое производство.

Бюджету плохо, но не очень

Минфин опубликовал свой проект Основных направлений бюджетной политики (ОНБП) на 2016–2018 годы, который позволяет зафиксировать несколько важных моментов, характеризующих состояние федерального бюджета. Хотя документ и рассчитан на три года, как и раньше, главным в нем является видение первого, 2016 года, которое отражает первую итерацию сведенного федерального бюджета, официально представляемого в правительство.

1) Минфин, похоже, без особого труда (и, значит, при полученной «сверху» политической поддержке) настоял на своей позиции сокращения расходов бюджета в реальном выражении. Никаких аргументов в пользу того, почему Минфин считает правильным проводить проциклическую политику в условиях падающего внутреннего спроса, я в документе не нашел;

2) Единственным возможным объяснением линии на сокращение расходов я вижу желание власти оставить себе минимальный, но гарантированный остаток Резервного фонда (500 млрд. рублей) к концу 2018 года — то ли для новых «майских указов», то ли для того, чтобы иметь возможность нарастить расходы 2018 года;

3) Минфин заложил в документ свою «двуглавую» позицию по пенсионному вопросу — отказ от индексации пенсий по инфляции и восстановление накопительной части пенсий, — но при этом стилистика указанных фрагментов заставляет меня предположить, что в ходе последней стадии бюджетного торга может произойти размен одного на другое: повышение уровня индексации пенсий за счет еще одного года конфискации пенсионных накоплений;

4) Похоже, власть поняла, что в год думских выборов балансировать бюджет только за счет уменьшения в нем количества масла очень опасно, и решилась на сокращение количества пушек. Расходы бюджета на оборону в 2016–2017 годах сокращены на 870 млрд. рублей (примерно 12,5%). Не знаю, означает ли это, что пушек будет закуплено меньше, или оплата оборонных расходов будет произведена за счет банковских кредитов (как это было в 2013–2014 годах), или что Минфин договорится с банками-кредиторами об отсрочке погашения кредитов, выданных предприятиям ВПК, — но факт остается фактом: вопреки всем предыдущим высказываниям и грозным заявлениям в адрес несуществующего противника расходы на пушки будут сокращены. Пока по сравнению с планом.

This time is different

Я много раз говорил, но приходится это повторять снова и снова — этот кризис по своим механизмам развития совсем не похож на кризис 2008–09 годов. Концентрированное выражение своего тезиса я хочу подтвердить прекрасным графиком моих коллег из Центра развития, который показывает факторы падения российского ВВП в 2008–09 и в 2015 годах:

1) если в конце 2008–2009 годов внешний спрос снижался и это стало акселератором падения и транспорта и инвестиций, то в начале 2015 года внешний спрос вырос. В сочетании с падением импорта это привело к тому, что рост чистого экспорта стал фактором, сдерживавшим падение экономики;

2) снижение внутреннего спроса в 2015 году было гораздо сильнее, чем шесть лет назад;

3) в отличие от 2008 года, когда частично спад в экономике стал результатом перегрева 2006–2008 годов, что привело к обвальному сокращению запасов и определило почти половину глубины спада на рубеже 2008–2009 годов, на этот раз замедление экономики было постепенным, начиная с середины 2012 года, и это хорошо подтверждается отрицательным вкладом запасов в динамику ВВП.

Динамика ВВП России и вклад в неё составляющих по виду спроса (прирост к предыдущему кварталу, сезонность устранена)

На прошедшей неделе я опубликовал на страницах РБК-Daily свои размышления на модную сегодня тему: можно ли говорить о том, что самое тяжелое в нынешнем кризисе уже позади?


комментарии (3)