Сергей Алексашенко: «Главное изменение за последний год — резкое повышение экономической неопределенности в стране»

27 июля 2015 года

Новый «Маленький эпизод большого экономического пазла» Сергея Алексашенко — о том, дает ли рост индекса базовых отраслей надежду на подъем экономики, о борьбе «Газпрома» и «Роснефти» за реформу газовой монополии и о монополизации рынка лекарств «Ростехом»

Мега-банкротство

Несомненно, самым примечательным событием прошедшей недели стала очередная демонстрация неспособности Банка России наладить банковский надзор в стране. Недостаток капитала банков группы Мотылева в размере 50 млрд. рублей стал очередным печальным рекордом в российской банковской системе. А учитывая, что активные операции этих банков были сконцентрированы на внутригрупповых клиентах, то можно смело утверждать, что проблемы этих банков не являются результатом ни финансового кризиса конца прошлого года, ни экономического кризиса, в котором Россия находится сегодня.

Важным моментом, на котором нельзя не остановиться, является то, что у господина Мотылева в собственности есть еще 7 пенсионных фондов с общим объемом накоплений более 60 млрд. рублей, и ни один из этих фондов не является участником системы гарантирования. Поскольку значительная часть этих средств размещена в инструменты, сконструированные собственником, то каким образом будет обеспечена сохранность пенсионных средств, остается под большим вопросом.

Вся эта история означает, что никакого мегарегулятора, способного контролировать переплетающиеся риски финансового сектора, в России так и не возникло, есть лишь мегабюрократическая структура, которая не стала эффективнее, чем те, на смену которым она пришла. То, как безучастно и безмолвно Банк России наблюдал за всем происходящим, и то, до какой степени было позволено «вынести» активы из банков и пенсионных фондов, несомненно послужит привлекательным примером для последователей господина Мотылева. А это значит, что за ошибки банковского надзора, вернее, за его беспомощность нам придется заплатить еще не раз.

Замедление спада в июне ни о чем не говорит

Аналитики ВЭБа дали свою оценку динамики российской экономики в июне — спад продолжается. Хотя месячные темпы падения снизились до минус 0,3% (против 0,5% в мае и 0,8% в апреле), аналитики банка не готовы делать оптимистические предсказания, указывая на сильную роль календарного фактора в прошедшем месяце.

В целом, в первом полугодии по оценке ВЭБа снижение ВВП составило 3,5%.

График. Индекс ВЭБа – помесячная динамика ВВП

Источник: ВЭБ

Есть луч надежды?

Оценка экономической динамики моими коллегами из Центра развития, с одной стороны, выглядит более пессимистично — спад экономики во втором квартале может составить 5-5,5% (против 4,8% у ВЭБа), — с другой стороны, дает «луч надежды», указывая на то, что в июне индекс базовых отраслей (прокси ВВП) несколько вырос.

График. Индекс базовых отраслей российской экономики, 2011-2015 гг.


Источник: Росстат

Честно говоря, я не разделяю этого оптимизма, я по-прежнему считаю, что нисходящий тренд, в котором находится российская экономика, еще далеко не исчерпал своего потенциала, и что нам еще только предстоит когда-то увидеть признаки стабилизации экономики. Что же касается роста, то тут... предлагаю не строить догадок, а просто взглянуть на то, какие настроения господствуют в головах российских предпринимателей.

Те из вас, кто не поленится и зайдет на сайт Росстата, может убедиться в том, что, по оценкам опрошенных руководителей предприятий, главное изменение «внешней среды» за последний год состоит в резком повышении степени экономической неопределенности в стране, на что указывает почти 50% опрошенных в обработке и около 38% в добывающих отраслях (34% и 26%, соответственно, годом ранее).

А тем временем...

Не должно добавлять оптимизма при оценке перспектив российской экономики и то, что на мировом нефтяном рынке не просто сильно снизились цены (минус 20% к маю), но и сформировался достаточно устойчивый нисходящий тренд, перелома в котором пока не видно. Внешнее последствие этого видят все — со своих минимальных значений в начале мая курс доллара вырос к рублю на 16% (отдельное спасибо нужно сказать Банку России, который, несмотря ни на что, продолжает покупать валюту на рынке). Но мне представляется, что уход нефтяных цен ниже отметки $50/баррель может придать дополнительный импульс сползанию вниз российской экономики.

График. Цена нефти смеси Брент ($/барр)

Источник: Росстат

Пора принимать решения

Бюджетный процесс потихоньку выходит на финишную прямую. Как и следовало ожидать, правительство не решилось (или ему не разрешили) взять на себя всю ответственность за принятие нелегких решений и предпочло в очередной раз «спрятаться за широкую спину» президента.

Конечно, в определенной степени, это справедливо — ведь именно в результате решений В.Путина федеральный бюджет России стал настолько перекошенным и заскорузлым, что без решительного демонтажа устоявшихся конструкций сделать его устойчивым уже не получится. Но, с другой стороны, если правительство не готово брать на себя ответственность за решение проблем, то зачем оно нужно, в принципе?

График. Структура и объем расходов (в %% ВВП) федерального бюджета в 2008-2015 гг.

Источник: Минфин России, Центр развития.

Who is Mr. Sechin?

Нельзя, пожалуй, найти более яркого сюжета, который наглядно демонстрирует реальное положение дел с ролью государства и частного бизнеса в российской экономике, чем возобновившаяся борьба «Роснефти» и «Газпрома» по вопросу о реформе газовой монополии, выделении из нее транспортной системы и доступе нефтяных компаний (в той или иной форме) к экспорту газа.

Еще более интересный вопрос в этой связи можно сформулировать так: кого вы считаете представителем бералов в правительстве — Сечина, который выступает за трансформацию газовой отрасли и за развитие конкуренции в ней, или А.Дворковича, который немедленно после появления информации о предложениях «Роснефти» заявил, что существующую структуру «Газпрома» нужно сохранить?

Госмонополизация на марше

«Ростех» готов к получению новой монополии на российском рынке — на этот раз речь о том, что, по решению президента Путина, «дочка» госкорпорации, «Нацимбио», станет единственным поставщиком для государства вакцин против туберкулеза, ВИЧ и вирусных гепатитов, а также плазмозамещающих препаратов крови. На эти позиции приходится примерно 11% расходов государства на приобретение лекарств за счет бюджетных средств (30 млрд. из 294 млрд. рублей в 2014 году).

Поскольку сама «ростеховская» дочка не обладает ни технологиями, ни знаниями для производства всего спектра вакцин, то, по сути дела, государство формирует очередного посредника, который «будет жить на свои 2 процента», и никакого иного результата кроме роста цен на вакцины ожидать не следует. В прошлом году «Нацимбио» была единственным поставщиком препаратов от туберкулеза для системы ФСИН, и, по данным ФАС, это привело к росту их стоимости на 15-20%.


комментарии (1)